Голубиный фронт

В субботу Саша и папа пошли пить кофе. Кафе называлось «Taste Map» - маленькое, у самого перекрёстка, с террасой на деревянном настиле. Мимо ездили красные троллейбусы, светофор щёлкал, и всё было очень мирно.

Слишком мирно.

Потому что на террасе уже сидели они. Голуби.

Один расхаживал прямо по столу - по столу! - как хозяин заведения. Второй патрулировал настил. Третий сидел на спинке стула и делал вид, что он тут вообще ни при чём, что было наглой ложью.

Саша замер. Потом медленно достал воображаемую рацию.

- Папа. Территория занята. Работаем.

- Только без жертв, - сказал папа и пошёл заказывать кофе, потому что знал: это надолго.

Дальше терраса кафе «Taste Map» увидела то, чего не видела никогда. Саша пошёл в атаку - руками он размахивал, как мельница в ураган, ногами топотал, как целый отряд, и при этом перемещался перекатами между столиками. Голубь со стола снялся с ленивым достоинством, сделал круг и сел на соседний стул. Саша сменил направление. Голубь перелетел на перила. Саша зашёл с фланга. Голубь пешком - пешком! - перешёл на другой конец террасы, всем видом показывая, что он не убегает, а прогуливается.

Это была не битва. Это был балет.

Саша носился, махал и топал, голуби неторопливо перемещались на два шага в сторону, и счёт был явно не в пользу спецназа.

К этому моменту к кафе подошли мама Катя и Полина. Мама посмотрела на растрёпанного, красного, тяжело дышащего Сашу, на трёх абсолютно спокойных голубей вокруг него - и всё поняла без объяснений.

- Перемирие? - предложила она.

Заказали ещё кофе и какао.

И случилось странное: как только Саша сел, перестал махать и занялся какао - голуби потеряли к террасе всякий интерес. Один улетел, второй ушёл на тротуар, третий сел на светофор и стал смотреть на дорогу.

- Так, - медленно сказал Саша, и чёлка приподнялась от догадки ещё до того, как он её сдул. - То есть пока я их гонял - они были тут. А как перестал - им стало неинтересно?!

- Военная тайна голубей, - кивнула Полина. - Им нужен не стол. Им нужен спектакль.

Саша достал тетрадку и записал вывод, глядя на светофор, где сидел его противник: